~.Angel.~
Хотелось бы передать привет всем милым людям, которым я не нравлюсь. Горите в аду, уёбки!
27.11.2011 в 10:22
Пишет ИлеРен@:

27.11.2011 в 09:19
Пишет delen2:

ГП. Бедная, бедная Ро...
В четверг, 24 ноября, состоялось слушание по делу о СМИ. В качестве свидетелей (и жертв прессы) прибыли Сиенна Миллер, Макс Моусли, Хью Грант и Джоан Кэтлин Роулинг, наряду с другими известными людьми. Автор книг о Гарри Поттере наконец рассказала о том, как средства массовой информации обошлись с ней.

В 1997 году Джоан купила себе дом на выручку от продажи первой книги, но через два года жить там стало невозможно, поскольку журналисты жили в палатках рядом с ее домом. За прошедшие годы Роулинг обращалась к пяти десяткам юристов, чтобы те справились с прессой.
«Я верю, что детям лучше всего не находиться в центре внимания публики и что их домашняя жизнь безопасна. Я приложила усилия, чтобы провести границу. Мне неоднократно предлагали сделать совместное с дочерью фото», — говорит Роулинг. После ее отказа журнал отменил интервью с писательницей. Но это не помешало Джоан. Сама она была удивлена тем, как быстро прославилась, и говорит, что не знала, как отвечать прессе.
«Я так старалась держаться того, что я считала неписаным законом, правилами, и я провалилась.» На одном мероприятии журналистам удалось сфотографировать Джоан с дочерью, после чего Роулинг решила больше никогда не выводить детей в публичные места.
Джоан также говорит, что есть три очень личных темы, о которых она все-таки говорила с прессой: Джоан была матерью-одиночкой, в связи с чем она основала благотворительную организацию для родителей-одиночек; Джоан поддерживает исследование рассеянного склероза, так как ее мать умерла из-за этой болезни; Джоан никогда не скрывала, что страдала от депрессии. Роулинг говорила об этих вещах, поскольку у нее была на то причина: «Я чувствую, что в случае творческих личностей жизнь становится важным аспектом работы. Другими словами, у меня была определенная цель рассказать об этих вещах.»
Однажды писательница обнаружила в портфеле дочери письмо от журналиста. «Это случилось в период первого взрыва прессы вокруг «Гарри Поттера». Я расстегнула рюкзак дочери и среди ее вещей обнаружила конверт, адресованный мне, от журналиста. Он сказал, что попросил одну из матерей в школе подложить это в портфель моей дочери. Больше я ничего не знаю, я даже не уверена, что конверт попал к моей дочери именно так. Меня охватило чувство того, что в нашу жизнь вторгаются. Мне очень трудно выразить, как я была тогда зла, что школа моей пятилетней дочери больше не была местом, безопасным от журналистов.»
«Два журналиста шотландского таблоида были у моего дома. Они сказали, что в офисе было скучно. Мы с семьей оказались под их надзором ради их же развлечения. Желудок скручивается от мысли о том, чего они хотят, что у них на уме. Когда люди следят за тобой, ощущаешь угрозу над собой.»
Однажды Джоан поехала с дочерью отдыхать, но и там их достала пресса: журналисты сделали фото дочери писательницы в купальнике. Комиссия по жалобам на прессу “The Press Complaints Commission” (“PCC”) запрещает фотографировать детей без разрешения их родителей или опекунов. Комиссия поддержала жалобу Роулинг, однако месяцами позже фотография все еще была в Интернете. «Когда фото появляется, оно распространяется по миру подобно вирусу. Я уверена, что это фото до сих пор где-то есть, и в этом-то его вред.» На взгляд Джоан, дети заслуживают того, чтобы их частная жизнь оставалась частной, независимо от того, кто их родители. «Дети заслуживают личную жизнь. Они не могут выбрать себе родителей и повлиять на их поведение.»
Когда у Джоан родился второй ребенок, фотографы преследовали ее целую неделю. Она подумала, что они ушли, и вышла из дома с дочерью. Роулинг заметила фотографа и побежала, толкая коляску. «Я думала, что столкнулась с двумя десятками папарацци. Моя старшая дочь все время говорила: «Успокойся, мам, успокойся, это неважно», — но для меня это было очень важно. Общий эффект от борьбы с папарацци — очень изнурительный.»
Как оказалось, автор «Гарри Поттера» всего лишь два раза позволила себе появиться на пляже в купальнике за последние 13 лет. «Я чувствовала себя идиоткой, полной дурой. Это был второй раз после 1998 года, когда я надела купальник и вышла на общественный пляж. Дважды. И оба раза меня сфотографировали. Я забылась на пару мгновений, и в итоге я снова попала под прицел. Люди вокруг меня словно хотели сказать: «Оставьте их в покое, бросьте свое занятие». Но я была очень обеспокоена, потому что я была уверена в том, что у них есть фотографии детей. Агентство сообщило мне, что у них было одно фото, и пообещало уничтожить его, что, я верю, они и сделали, так как я никогда его не видела.»
Один из худших инцидентов, по мнению Роулинг, случился в кульминационный момент судьбы «Гарри Поттера» — в связи с последней книгой. Кто-то сказал ее дочери, что они знают, что Гарри умрет. Писательница считает, что это была попытка узнать судьбу героя. Если они хотели узнать, им бы пришлось спросить у нее, но она бы не ответила, поэтому они попытались сделать так, чтобы ее дочь сама им все рассказала.
Однажды они с младшей дочерью были в магазине, и девочка была расстроена тем, что не смогла выбрать календарь, поскольку папарацци собирался сфотографировать их и отказался воздержаться. «Очень нервирует, когда за тобой следят, и это определенно сказывается на детях.»
Был и такой случай, когда журнал “Evening Standard” опубликовал информацию о ее доме в 2007 году. «В моем опыте есть такие случаи, когда британская пресса довольно быстро отплачивала мне за мои протесты и жалобы. Какая разница? Почему это так важно? Вы знамениты, сами напросились.»
Как говорит Джоан, если сложить информацию из разных изданий, то можно получить целую экскурсию по ее дому. «Я не понимаю, почему люди так интересуются тем, где я живу. Если чей-либо адрес (знаменитого и незнаменитого человека) оказывается на виду у миллионов читателей газет и пользователей Интернета, то это — ненормально. Я не могу снабдить свой дом мантией-невидимкой, да и не хочу этого делать.»
Роулинг также сообщила, что была предметом слежки частного детектива Стива Уиттамора, который получил 665 фунтов за собранную информацию. Уиттамор преследовал людей, которые как-либо были связаны с Джоан, и наводил на них справки.
Писательницу дважды пытались «развести» по телефону. «Меня хотели обмануть, и я поняла это, когда уже давала информацию о себе этому человеку. Это случилось вскоре после того, как мы переехали, и, я думаю, журналист не знал, где я живу. Он сказал: «Я из почтового отделения, для вас есть посылка. Назовите свой адрес.» Тогда я сказала: «Подождите! Вы же из почтового отделения, что написано на послыке?» И он повесил трубку.»
Во второй раз журналисты сыграли злую шутку над будущим мужем, тогда еще бойфрендом Джоан. «Разводчик притворился служащим налоговой инспекции. Он рассказал им все: адрес, номер страховки, разряд заработной платы. На следующий день краски сошли с его лица — папарацци нашли его.»
Джоан говорит, что теперь пресса гораздо более осторожна с ней, поскольку СМИ знают, что она хочет судиться с ними. «Я считаю, что если я продемонстрирую свою готовность встать против прессы, то они будут меня опасаться. Я полагаю, что все это потому, что они знают, что я могу позволить себе дорогостоящих адвокатов.»
Источник

URL записи

URL записи